Общество

Вот уже много лет нет Емилиана Букова, молдавского советского писателя и поэта, но с нами его стихи, поэмы, пьесы, романы. И с нами его продолжение: дети, внуки, правнуки, отчего Буков воспринимается не как классик, а как живой наш потомок. Оживляет его память в каждый свой приезд на родину Андрей Буков - как называют его друзья, Андриеш.

Сказка как мечта о сыне

Многие полагают, что именем сына писатель назвал свою самую известную детскую книгу, изданную в Москве. Но как раз книга-то и появилась как мечта о сыне, которая сбылась. И долгожданный Буков-младший родился с готовым уже именем-символом.

Мы сидим за поминальным столом – художники, литературоведы, критики, журналисты. На очередную годовщину ведущего молдавского художника-геральдиста Семена Одайника попал и близко знавший его Андрей Буков. Очень позитивный человек, он увлеченно, с юмором рассказывает истории из жизни, неизменно добрые, с лукавинкой. К себе он тоже относится с некоторой иронией.

Буков-младший - прекрасный график, иллюстратор книг и живописец - вырос в доме, который всегда был полон гостей. Михаил Греку, Семен Одайник, Александр Васильев, Лазарь Дубиновский, Игорь Виеру, Глеб Саинчук… Частым гостем был режиссер Сергей Параджанов, любивший удивительную атмосферу этого дома и пронзительно, по-своему, любивший Молдавию.

Киртоакэ «отменил» наследие Букова

Они ушли в небытие, и сам дом брат с сестрой вынуждены были продать. И очень впоследствии об этом сожалели. Проект был создан знаменитым архитектором Робертом Куртцем в романтическом стиле и до сих пор числится в реестре национального наследия. Здание нуждалось в капитальном ремонте, а средств не было. Покупатель его перестроил, ушло своеобразие дома, который перепродавался несколько раз. Он непригляден, и уже нет смысла связывать его с именем Емилиана Букова.

Пытались Буковы поставить бюст на память об отце - но бывший мэр Дорин Киртоакэ и его свита «отменили»  наследие Емилиана Букова. Не получилось и выкупить бюст. Что с ним стало - неизвестно.

В социальных сетях можно посмотреть замечательный фильм-сказку «Андриеш» - блестящую режиссерскую работу Сергея Параджанова. Увы, он был снят на некачественную пленку комбината «Свема» и до сих пор не реставрирован.   

Зато сохранилась память о тех замечательных годах, когда живы были и Одайник, и Греку, и Параджанов, уловивший необыкновенное тепло дома Буковых.

Про бесплатный футбол…

Известность отца довлела над Буковым-младшим, желавшим протоптать в жизни свою дорожку. В 16 лет юноша устроился рабочим на телевидении.

«Мне выдали красную корочку с вытисненными буквами «Пресса», - рассказал он. - С ней без тени стыда я проходил на футбольные матчи. В удостоверении было написано - «постановщик». Поди, знай, что за этим кроется!».

На самом деле он значился рабочим сцены при художественном цехе.

«А еще мы придумали должность «кабельмейстера» – для того, кто заносил кабель. Мы были молоды, полны энергии и невостребованных сил.

Хотя работа была физическая, было интересно. Мы могли видеть вживую многих экранных персонажей. Я даже помню молодого Сулака. Красивый, ухоженный. Щеголь. Золотой перстень. Стоит за кулисами, ждет выхода. Волнение выдают руки, которые слегка подрагивают. Я тогда узнал, что он сам сочинял песни, ничего не придумывал, пел о том, чем жил. Талантливый человек, самобытный! Я тогда очень сильно его зауважал».

… И «кафя ку парфум»

«Знаком я был и с Тамарой Чебан. В перерыве артисты пили кофе. «Эй, Андрей, врей кафя?», - спрашивала она меня. - «Что за кофе?».  «Ной бем кафя ку парфум». - «Че фел де парфум?». - «Уникал!».

И смеется. Капелька коньяку в кофе согревала артистам голосовые связки.

Тамара Чебан была интересная, веселая. Никогда не теряла эту энергию свою. Надежда Чепрага была ее ученицей. Правда, недолго. Тамаре Чебан так и не удалось по-своему повлиять на нее. Надежда пошла своим путем».

Из Львова в Джексонвилл

В той среде невозможно было выбрать нетворческую профессию. Андрей заканчивает кишиневское художественное училище имени И. Репина, служит в армии, поступает во львовский институт декоративного и прикладного искусства. Город с его европейской архитектурой вдохновлял на пейзажи, академия учила работе с кистью и пером.

Профессия Букову-младшему нравится, но 90-е годы не дают ему никаких шансов на серьезные заработки. Он принимает решение эмигрировать в США, обосновывается в Джексонвилле, штат Флорида. И начинает зарабатывать на портретах. Это дает небольшой доход и больше свободы. В моменты вдохновения пишет стихи. И тоскует о родине.

Поэт, иллюстратор книг, блогер. Участник выставок в США, Англии, Германии, Италии и, конечно, в Молдове.

Скелеты в шкафу

Но как же удалось в то непомерно тяжелое время начинающему художнику без средств выехать в США? Отвечает не сразу.

«У меня по маминой линии там родственники живут. В войну двое ее братьев оказались в Освенциме. Не знаю как, но им удалось бежать. Спрятались в трюме корабля и уехали в Америку.

Очень долго мы ничего не знали об их судьбе. Не искали, это было небезопасно. Такая же история была и у отца. Он единственную сестру нашел много лет спустя в Румынии - совершенно случайно. Она подошла к нему после выступления: «Емилиан, ты это или нет?». А он: «Вы так похожи на мою сестру. Дуся?».

«Мамины братья обрели во Флориде семьи и за десятилетия впитали американский дух. «Простите, но мы не готовы оказывать вам помощь, - заявили в ответ на нашу просьбу. - Даем только гарантию для въезда». Так что на первых порах пришлось очень тяжело. Брался за любую работу…».

О семье

У Букова-старшего было четверо детей, осталось двое: Андрей и его старшая сестра Виктория, живущая в Кишиневе. Отец был на войне, мать, педагог, в эвакуации с пединститутом. Младшие не перенесли тягот войны, рано умерли.

Виктория - профессор медицины, эпидемиолог, занимается научной работой. Ее дочь Елена преподает в школе, у нее есть сын – гигант двухметрового роста по фамилии Мичурин. С женой-еврейкой они живут в Израиле, он писатель, издает в Москве сборники эссе.

У самого Андрея от двух браков - два сына и две дочки. Сын Дмитрий в Кишиневе известен как талантливый ювелир. «Шутник, балагур, вечно в какие-то истории попадает, - рассказывает Андрей. – Охотно приезжает ко мне в гости. Дочь в Москве переводами занимается, в Штаты не стремится». Нашли свое место в жизни и другие дети и внуки Букова.

Сам Буков-младший по Молдове очень скучает. Раз в два года и даже чаще приезжает с картинами-отчетами. Не претендует на большие выставочные залы, где очередь на экспозиции расписана на год вперед. Его вполне удовлетворяют библиотечные залы.

«Емилиан мог бы еще жить…»

Вот и на этот раз пригласил друзей на выставку в научную библиотеку имени Андрея Лупана. Художник помнит поэта и академика: «Дружили семьями. Последний раз виделись с ним на Армянском кладбище, у могилы отца.

Мы с сестрой Викторией принесли цветы… Разговорились. Андрей Лупан сказал тогда: «Емилиан мог бы еще жить».

Андрей Буков считает себя свободным художником. На выставке представлены его работы в различных жанрах и стилях, от пейзажей и натюрмортов до ярких абстрактных композиций. Они привлекают теплотой и искренностью.

С одной картины на нас смотрит Емилиан Буков, поистине народный писатель, горячо любивший свою родину и передавший эту свою любовь детям.

Мария БУИНЧУК