Политика

Почему молдавские политики так боятся задавать хотя бы самим себе главные вопросы и честно отвечать на них? Потому что эти ответы – если ты считаешь себя серьезным, ответственным политиком – с неизбежностью вынуждают тебя пересмотреть сами основы той деятельности, которую ты привык называть политической. 

В критической публикации французского издания Omerta о политической системе Молдовы, среди прочего, говорится о том, что местная оппозиция «сведена к молчанию». Спорное утверждение. 

Никто не может заставить ни провластного политика, ни оппозиционера, ни любого человека вообще молчать, если он сам этого не захочет. Никто в Молдове никому не заклеивает рот скотчем, не вырывает язык, и не расстреливает за высказанное мнение. 

Наверное, парижский журнал, который в своих оценках положения дел в Молдове во многом опирался на мнения, высказанные самими кишиневскими оппозиционерами, имел в виду ограничения свободы слова, цензуру, преследование за критику. Но, опять же, каждому политику самому решать, идти ему против такой системы или молчать. Утверждать, что у тебя вообще нет никакого выбора, потому что тебя кто-то заставляет молчать, нельзя. 

В Молдове существует гораздо более серьезная проблема, нежели жалобы оппозиции на то, что власть пытается ограничить ее свободу. Эта проблема заключается в том, что молдавские политики практически поголовно боятся задавать и искать ответы на по-настоящему важные вопросы. Эти политики могут без конца, до хрипоты спорить о каких-то второстепенных вещах, но при этом предпочитают не замечать «слона в лавке» – главные, экзистенциальные вопросы. 

Национализм

В Молдове не принято говорить о национализме, тем более осуждать его и пытаться искоренить. Но ведь очень многие беды народа и государства, начиная с конца 80-х и по сегодняшний день, порождены именно национализмом. 

Противостояние в обществе, территориальный раскол страны, захват государственных структур некомпетентными, но «правильными» с националистической точки зрения людьми – это лишь некоторые последствия национализма. Эта тяжелая духовная болезнь сначала поражает дух и душу самого человека, а уже как следствие – все вокруг него. 

Государство

В Молдове так никогда и не было серьезного разговора о том, а что делать с новым независимым государством, которое упало в руки молдаванам в результате развала Советского Союза. Для чего нужно это государство? Для кого оно должно существовать? Кому и как оно должно служить? 

Все свели к тому, что государство – это набор каких-то учреждений, которые должны оказывать проживающему на его территории населению какие-то услуги. О государстве, как о такой организации общества, которая должна заботиться о сохранении народа, его наследия, создавать условия для его развития, обеспечивать его будущее, – об этом никто не говорит. 

Евроинтеграция

На сомнительном референдуме в Конституцию вписали бессмысленную фразу о «необратимости европейского пути Республики Молдова». Все помешались на так называемой евроинтеграции. На последних парламентских выборах правящая партия даже обещала привести Молдову в Европейский союз уже в 2028 году. В ходе предвыборной кампании открыто распространялись фейковые новости, с помощью которых обманывали избирателей, но все это проглотили. 

Никто из политиков не хочет признавать тот очевидный факт, что Молдову никогда не примут в ЕС. Максимум, на что готова парламентская оппозиция, так это на заявления о том, что действующая власть проводит политику евроинтеграции неправильно, извращает эту благородную идею, а вот оппозиция, если станет властью, будет проводить этот курс правильно, без перекосов, в духе истинных европейских ценностей. 

Но опять же, никто не хочет признать, что сами споры о путях и вариантах евроинтеграции – это ловушка, в которую мы все попадаем, потому что спорим о том, чего в природе нет так, будто оно существует. Все эти дискуссии происходят в виртуальной матрице, но это никому не кажется странным. 

Приднестровье

Уже лет 20 как в Кишиневе никто из политиков никак не обсуждает реальную реинтеграцию Молдовы, то есть воссоединение правого и левого берегов Днестра в общее государство. Решать проблему никто не может и не хочет, но все продолжают валять дурака, изображая совершенно бессмысленный «переговорный процесс». 

Любое урегулирование таких сложных проблем предполагает ведение диалога. Но разве можно представить диалог сельских националистов, захвативших власть в Кишиневе, с кем бы то ни было хоть в Приднестровье, хоть в Гагаузии, хоть в Бричанах или Кишиневе? Они на такое не способны. 

Очевидно, что реальное приднестровское урегулирование означает переучреждение государства, но кто же на это пойдет? Они и на правом берегу никому ничего уступать не собираются, тем более они не станут делиться властью с сепаратистами. 

Выборы. Диаспора

Все признают, что в Молдове не проводятся демократические, честные, справедливые выборы. Но при этом все продолжают участвовать в имитации выборов, которые на самом деле не выборы. 

Составной частью манипуляций с так называемыми выборами выступает голосование в диаспоре. Нигде в мире не существует такого ничем не ограниченного голосования на зарубежных участках, как в Молдове. Невозможность установить над ним контроль ставит под сомнение сам факт – неизвестно, сколько избирателей и как проголосовало, а сколько цифр нарисовано в пользу действующей власти. Такое «голосование» меняет итоги выборов в самой Молдове на прямо противоположное, но никто из оппозиционных политиков не осмеливается поднять вопрос от том, чтобы ввести мораторий на голосование за рубежом и как-то отрегулировать его. 

Все боятся якобы обидеть диаспору: «Это же наши люди!». Спорное утверждение, потому что каждый из уехавших из страны граждан самим фактом своего отъезда исключил себя из жизни молдавского общества. На время или навсегда, но находясь за рубежом, он – вне социума. И хотя наличие молдавского паспорта дает ему формальное право принять участие в голосовании, но морального права решать, кто и как управляет социумом, из которого он себя исключил, у него нет. 

Война

Еще одна запретная тема для молдавских политиков – война. Она как бы есть, но ее как бы нет. Очевидно, что Молдова как страна-кандидат в члены ЕС следует в русле его милитаристской политики, целью которой, по признанию самих еврокомиссаров, является подготовка к войне с Россией к 2030 году. Молдову затаскивают в эту будущую войну, но наши политики боятся даже сказать, что это не наша война, как и та, что идет на территории Украины. 

За простое выступление против войны молдавский политик может и под западные санкции попасть, а зачем же молдавскому политику заниматься политикой, если из-за нее можно попасть под санкции? 

И так далее

Читатель может продолжить список тех важных вопросов, от ответа на которые уклоняются молдавские политики, но уже и перечисленных тем достаточно, чтобы понять, что эти политики предпочитают, причем все вместе, коллективно, существовать в какой-то придуманной ими параллельной реальности, которая не пересекается с главными проблемами, определяющими жизнь в Молдове. 

Почему же эти политики так боятся задавать хотя бы самим себе главные вопросы и честно отвечать на них? Потому что эти ответы – если ты считаешь себя серьезным, ответственным политиком – с неизбежностью вынуждают тебя пересмотреть сами основы той деятельности, которую ты привык называть политической. Если ты перестанешь врать, тебе придется выйти из зоны политического комфорта, где можно спорить о сортах евроинтеграции и о ставке подоходного налога, но нельзя пересекать красные линии, которые ты сам себе установил. 

Снять табу с главных вопросов означает кардинально изменить привычные подходы к политике, но в Молдове мало кто из политиков к этому готов. 

Поэтому, когда французский журнал пишет, что молдавскую оппозицию «свели к молчанию», с этим можно было бы согласиться, но с одним уточнением – самих оппозиционеров такое «молчание ягнят» вполне устраивает. 

Дмитрий ЧУБАШЕНКО 

Тraditia.md