Общество

24 и 25 октября в государственном русском драматическом театре имени А. П. Чехова состоялась премьера спектакля «Лошади за окном» по пьесе известного румыно-французского драматурга Матея Вишнека.

Впервые на русском языке молдавский зритель увидел ее благодаря режиссеру Петру Вуткэрэу. Работа над спектаклем длилась всего несколько месяцев. Сам автор пьесы пожелал участвовать вместе с режиссером и артистами в разработке концепции русскоязычной версии спектакля, в дальнейшем работа над спектаклем координировалась дистанционно.

История создания пьесы «Лошади за окном» (в некоторых переводах - «Кони за окном») неразрывно связана с переломным моментом в жизни самого Матея Вишнека и жестким политическим контекстом Румынии 1980-х годов. Ни одно из написанных им в тот период драматургических произведений не увидело сцену. «Лошади за окном» - его последняя пьеса на родине.

В 1987 году театр «Ноттара» (Teatrul Nottara) в Бухаресте подготовил спектакль по этой пьесе. Однако цензура режима Николае Чаушеску запретила постановку ровно за один день до официальной премьеры. Власти усмотрели в абсурдистской критике войны и государственного милитаризма прямую угрозу. Невозможность свободно творить вынудила писателя в том же 1987 году бежать из Румынии. Матей Вишнек уехал в Париж, где попросил политического убежища. Получив французский паспорт, последующие свои произведения он стал писать на французском.

Текст пьесы «Лошади за окном» ждал своего часа почти десятилетие. Лишь после свержения режима Чаушеску ее удалось поставить на румынской сцене.

А в 1996 году состоялась её громкая премьера в Париже, после чего она была переведена на десятки языков и вошла в классику современного европейского театра абсурда. Постановка получила мощный резонанс как глубокая антивоенная притча.

Интерес к этой теме режиссера Петру Вуткэрэу неслучаен. Однако, взглянув на театральную афишу и увидев в черном от дыма небе стаю летящих дронов в образе лошадей – театр воспользовался искусством нейрографики – легко узреть в этом намек на текущие военные события на восточном фронте. Тем не менее, политики как таковой в постановке Вуткарэу нет. Сила этой пьесы в том, что постоянно в мире где-то идет война, и как ужас этого отражается на простых людях, на мужчинах, которые ушли, женщинах, которые остались.

И все же предмет исследования автора пьесы гораздо глубже – его интересует, какая сила поддерживает огонь войны, что не дает ему угаснуть.

В театральной постановке нет развития сюжетных линий. В трех новеллах они лишь пунктирно обозначены. Сам автор пьесы использует систему персонажей как обобщенные аллегории, отказываясь от бытового психологизма в пользу глубокого философского символизма.

Почему кони? Смысловое ядро всей пьесы

Кони не появляются на сцене физически - персонажи лишь слышат их ржание, топот копыт и видят их в окно. Этот образ несет в себе несколько важных метафор: это Машина времени и вечный цикл войны. А еще лошади связывают разные исторические эпохи, в которых разворачивается действие (от Первой мировой войны до абстрактного средневековья или будущего); меняется оружие, форма солдат и границы государств (зрителям это показывают на экране), но кони войны топчутся под окнами всегда, символизируя природу человеческой жестокости.

Образ коней отсылает нас также к библейским четырем всадникам Апокалипсиса, несущим смерть, чуму и войну. Ржание лошадей за окном — это предвестник трагедии. Как только кони появляются, героини понимают, что их привычный мир разрушен.

Однако в устах Вестника, приносящего женщинам похоронки, кони несут другой смысл – он описывает их как величественных, гордых и прекрасных животных, на которых мужчины уезжают совершать подвиги. Это метафора романтизации войны пропагандой. На самом деле кони уносят мужчин на бессмысленную бойню, превращая «красоту» в фарс.

Что символизирует Вестник

Его играет ведущий актер театра Юрий Андрющенко. Вестник (или Посыльный) - это ключевая фигура пьесы, олицетворяющая абсурдность государственной машины, пропаганду и саму Войну. Вестник - обезличенное зло: он не имеет сострадания и функционирует как винтик бюрократической системы, которая штампует приказы, забирает мужчин на фронт и приносит похоронки.

Герой Андрющенко говорит напыщенными, фальшивыми лозунгами о «патриотизме», «долге» и «чести». Его главная задача — романтизировать смерть и убедить женщин, что гибель их близких была необходима и прекрасна. Вестник появляется в каждой из трех новелл. Его приход — зловещее предзнаменование, разрушающее иллюзию мирной жизни. Он символизирует навязчивую, агрессивную пропаганду, которая проникает в дом каждого человека через «окно» общественной жизни.

Заложники и… пособники?

В спектакле зритель видит результат этой пропаганды - трансформацию трех женщин. Их сыграли Раиса Хаит, Яна Лазарь и Ирина Тарасюк. Три героини - Дочь, Жена и Мать представляют собой три этапа человеческой жизни и три грани женской трагедии. Они символизируют все человечество, ставшее заложником войн. Дочь легче всего поддается красивым речам Вестника. Для нее война поначалу кажется романтичным приключением, в котором ее возлюбленный станет героем. Ее трагедия - быстрое и жестокое крушение юношеских надежд. Жена олицетворяет созидание, семейный очаг и земную привязанность. Ей не нужны абстрактные подвиги, ей нужен живой муж рядом, а не инвалид в коляске. Ее драма - разрушение личного счастья ради чуждых ей амбиций государства. Мать олицетворяет истоки жизни, преемственность поколений и безусловную любовь. Она - самая опытная и в то же время самая беззащитная фигура. Мать знает цену жизни, которую она выносила и вырастила. Ее трагедия символизирует финальную точку абсурда: государство забирает жизнь, которую оно не создавало.

По замыслу драматурга все эти три женщины символизируют коллективную память и пассивное соучастие. Несмотря на внутреннее горе, женщины раз за разом поддаются гипнозу Вестника и отпускают своих мужчин на бойню, тем самым позволяя колесу войны крутиться бесконечно. Автор пьесы подводит зрителя к страшному выводу: главная трагедия войны не в том, что кони смерти приходят извне, а в том, что люди сами открывают им окна и впускают их в свои души. Через гротеск и абсурд он передает глубокий антивоенный и гуманистический посыл: война — это не героический эпос, а бессмысленный конвейер смерти, который существует только потому, что люди добровольно соглашаются быть его частью.

Вишнек безжалостно срывает с войны маску «величия» и «священного долга». Он показывает, что за красивыми речами политиков и пропагандистов (в лице Вестника) всегда скрываются лишь братские могилы и сломанные судьбы. «Лошади за окном» - манифест против слепой веры государству. Единственный способ остановить коней войны, утверждает драматург, - перестать открывать им двери своего дома.

Для этого нужно лишь включить критическое мышление и стряхнуть с себя морок милитаристской пропаганды.

Люди и вещи

Несколько слов о деталях в спектакле. Они тоже несут символизм. Если в классической драме деталь лишь дополняет быт, то на сцене театра им. А.П.Чехова, впрочем, как и в пьесах самого Чехова, деталь этот быт взрывает.

На всем протяжении спектакля на краю сцены зритель видит простой деревянный (фанерный) чемодан с семейными фотографиями на внутренней стороне крышки, в который Вестник бросает парные гвоздики, ведя счет убитым на войне членам семейной династии. С таким отцы семейств и сыновья отправлялись на гражданскую войну, в ГУЛАГ, унося внутри них частичку домашнего уюта и тепла. В этом чемодане весь мир человека, его понятие о счастье. И вот чемодан остался – человека нет.

В углу комнаты старый заводной граммофон. Его звуки разделяют иллюзорный внутренний уют дома и жестокую реальность внешней катастрофы. Персонажи включают граммофон, чтобы заглушить тревожные звуки, доносящиеся с улицы (топот коней, вестников войны). Музыка создает иллюзию «прекрасной эпохи», порядка и безопасности. Герои отчаянно цепляются за этот хрупкий мир прошлого, пытаясь игнорировать неизбежные перемены. Заводной граммофон очерчивает пространство «внутри» дома, где люди ждут и верят в романтизированный образ войны.

Солдатские башмаки – все то, что осталось от мужа, который бессмысленно погиб на войне, задавленный толпой отступавших солдат. В атмосфере зрительного зала повисает крик его жены: «Как же вы могли затоптать живого человека?».

И апофеозом финальная сцена спектакля: большая гора поношенной солдатской обуви, символизирующая братскую могилу, на которую Вестник (герой Юрия Андрющенко) с высоты своего двухметрового роста бросает цветы, вынутые из чемодана. Бросает с пафосом, картинно, запоминающе. Никто не забыт…

Гора обуви — это один из самых сильных, пронзительных и узнаваемых визуальных образов, символизирующих массовую гибель людей и трагедию ХХ века. Такое не забывается. Зрители уходят из зала потрясенными.

Радует, что едкая вишнековская сатира и абсурдизм были услышаны и прожиты исполнителями, взявшимися оживить пьесу. Плюс добавился обнаженный нерв реализма: мощная актерская игра, выверенность режиссуры. Спасибо, театр Чехова, за премьеру!

Мария БУИНЧУК