Экономика

В молдавском воздухе снова «пропал газ». Точнее - в информационном шуме. Нас пугают ударами по инфраструктуре, внешними угрозами и «объективными» тарифами, пишет в Facebook Дмитрий Тэрэбуркэ.

Но если отложить в сторону пропагандистские плакаты и взять в руки не политическую декларацию, а балансовую ведомость, выяснится вещь, крайне неприятная для официального Кишинева: подтвердить исчезновение газа невозможно. По одной простой причине - его там никогда не было.

Чтобы «остаться без газа», нужно сначала иметь на него юридическое право собственности. Закрепленное контрактом. Подтвержденное оплаченным объемом. Зафиксированное авансом.

Давайте будем честны: у Молдовы в украинских ПХГ нет ни одного кубометра, оформленного как государственный стратегический резерв. Нет межгосударственного соглашения. Нет титула собственности. Там есть газ европейских трейдеров, есть газ украинских компаний, есть технический буфер системы. Но там нет «бочки с надписью Кишинев».

Откуда тогда этот вой? Перед нами классическая, почти учебниковая подмена понятий. Газ закупался через украинскую инфраструктуру, использовался так называемый «виртуальный буфер». Ключевое слово здесь - виртуальный. Это не склад. Это бухгалтерия. Это расчет на то, что «потом успеем», торговля цифрами на мониторе, а не молекулами в трубе.

Формула «мы остались без газа» гениальна в своей порочности. Она разом списывает управленческие провалы, оправдывает будущий грабеж через тарифы и создает образ внешней катастрофы, перед которой власть якобы бессильна.

Но Молдова потеряла не газ. Она потеряла время и гибкость. Власти попросту профукали рыночные условия, не зафиксировав контракты тогда, когда это было возможно. Это не форс-мажор. Это сознательная ошибка управления, замаскированная под геополитическую трагедию.

А теперь — арифметика. Простая, кухонная.

Молдове на зиму нужно примерно 650 миллионов кубов «социального газа». Если бы его купили вовремя по 300 долларов, объем стоил бы 230 миллионов. Но когда играют в «виртуальные игры», цена подскакивает до 600. И тот же объем стоит уже 440 миллионов.

Разница - 210 миллионов долларов. Это не теория. Это дыра. И затыкать ее будут тремя наперстками.

1. Тариф: плюс 5–6 лей к каждому кубу. Было 14 - станет 20. Не потому, что газ изменился, а потому что кто-то вовремя не нажал кнопку «купить».

2. Бюджет: минус 4 миллиарда лей из пенсий, медицины и дорог.

3. Долги: самый токсичный вариант, который будут отдавать ваши дети.

Подорожал не газ. Подорожала ошибка во времени.

Что это значит для обычного человека? В марте средний счет - 2800–3000 лей. Это вход в «новый нормальный уровень бедности». Это тихая смерть малого бизнеса и новая волна эмиграции тех, кто еще пытался что-то созидать в этой стране.

Когда экономика держится на тарифе, а власть — на бесконечных объяснениях, почему «опять не получилось», страна перестает жить по правилам. Она живет по мифам.

Если вам снова скажут, что «газ пропал» - не смотрите на трубу. Смотрите на контракт. Газ без контракта - это не энергетика. Это мечта с молекулярной формулой. А мечты, как известно, особенно быстро рассеиваются в холодном мартовском воздухе.