Экономика

В Молдове любят говорить об энергонезависимости. Особенно те, кто предлагает газ дороже рынка. За разговорами о диверсификации скрывается простая реальность: контроль над маршрутами поставок означает контроль над ценой, а значит — и над потребителем. Платить приходится всё больше, зарабатывают всё те же, и газовая политика в регионе давно перестала быть вопросом экономики — сегодня это вопрос влияния и контроля. Ситуацию прокомментировал эксперт Андрей Дамашкан, сообщает congresulcivic.md.

«Молдова — образцовый объект влияния. На управлении поставками энергоносителей здесь зарабатывают элиты, а платят — потребители.

Труба против танкера

Общеизвестно: стоимость природного газа складывается из цены добычи, налогов и транспортировки до страны-потребителя. Самая устойчивая и дешёвая по удельной стоимости транспортировка — трубопровод. Альтернатива — сжижение газа и его перевозка морскими газовозами.

Трубопроводный газ возможен там, где страны находятся как минимум на одном континенте. СПГ дороже и используется либо для межконтинентальных перевозок, либо там, где маршрут ограничен естественными барьерами — морем, горами, пустынями.

Для Молдовы ключевым остаётся Трансбалканский газопровод — три его ветки, которые одновременно критичны для Румынии и Болгарии и играют важную роль в импортно-экспортных операциях Украины и Турции. Следовательно, тот, кто контролирует транспортировку по этому маршруту и её стоимость, влияет на ситуацию в Молдове не только через тариф, но и через ответ на главный вопрос: чей газ будет в трубе — и кому он принесёт прибыль.

Когда газ становится «демократичным»

И вот здесь на сцене появляется главный бенефициар — газовые корпорации США.

Европа, включая Молдову, долгие годы получала газ из России, Туркменистана, Ирана, Азербайджана и не рассматривала СПГ как приемлемый формат импорта. Американский, катарский, африканский СПГ оставался «не у дел».

Мировой газовый истеблишмент счёл это несправедливым — и возможности поставок трубопроводного газа из «недемократичных» стран в Европу были последовательно прерваны, включая и Молдову. К слову, если Азербайджан начнёт сближаться с Россией, его газ тоже может внезапно утратить демократические свойства.

Вертикальный коридор — но с вертикальной ценой

Шаг номер два: предложение поставок СПГ из Луизианы на греческий терминал в Александруполисе (компания Gastrade). Далее — по специально построенному интерконнектору IGB через Болгарию, затем по Трансбалканскому газопроводу — в Молдову и Украину. Этот маршрут получил название вертикального газового коридора.

Проблема в том, что транспортировка по нему запредельно дорога. Базовый тариф — около 10 евро за 1 МВт·ч. Ни Молдова, ни Украина не бронируют мощности и не стремятся использовать этот маршрут — несмотря даже на волюнтаристские требования снизить тарифы на транзит по Молдове.

Сегодняшняя «льготная» цена — 7,5 евро за 1 МВт·ч для импорта СПГ из Греции до Гребенников (Украина). Но даже при этом газ из США не выдерживает конкуренции с поставками из Турции — миксом российского и азиатского газа.

Румынский фактор

Отсюда логичен шаг номер три: прервать поставки миксованного газа из Турции в Европу — включая Молдову и Украину — и затем представить СПГ как спасительную альтернативу.

Однако на роль ещё одного «спасителя» уже десять лет претендует Румыния — с офшорных месторождений на шельфе Чёрного моря. Более того, Румыния, используя своё географическое и физическое положение, вполне способна не пропустить в Молдову никакой газ, кроме собственного — братского.

ГК Romgaz этого и не скрывает: компания прямо заявляет о намерении продавать газ в Молдове дороже, чем в самой Румынии. Горечи добавляет оценка британско-американских партнёров Romgaz по морской добыче: порог безубыточности румынского шельфового газа начинается примерно с 47 евро за 1 МВт·ч.

Арифметика «энергонезависимости»

Шаг номер четыре легко проверяется цифрами.

Один из молдавских аналитиков привёл цену газа на американской бирже NYMEX — около 110 долларов за 1000 кубометров, то есть примерно 10 евро за 1 МВт·ч.

Далее: доставка до завода на побережье Мексиканского залива, сжижение, транспортировка в Грецию, регазификация, потери, вход в греческую ГТС — ещё 12–14 евро за 1 МВт·ч.

Итого — до 24 евро за 1 МВт·ч в трубе в Греции.

В тот же момент газ на границе Турции и Болгарии предлагался трейдерами по формуле TTF EEX минус дисконт 2–4 евро — те же около 24 евро за 1 МВт·ч. С транспортировкой до Молдовы это примерно 28 евро за 1 МВт·ч на точке входа в страну при годовом бронировании мощностей.

СПГ же из Греции обходится потребителю в этой же точке не менее чем в 31,5 евро за 1 МВт·ч.

Да, цифры условны и меняются. Например, вчера цена на американском рынке составляла 3,8 доллара за 1 ММБТЕ — около 14 евро за 1 МВт·ч. Но эти данные приведены не ради точности до цента, а для понимания правил игры и устойчивой ценовой тенденции в регионе.

Домашнее задание для шага номер пять

А теперь — прогнозируем следующий шаг. Вопросы, которые каждому стоит задать себе:

1. По какой цене ГК Romgaz будет предлагать газ жителям Республики Молдова в текущем году и в будущих отопительных сезонах?

2. Будут ли «партнёры по энергонезависимости» из США честно конкурировать с румынскими поставщиками по цене — или просто поделят сначала молдавский, а затем и украинский газовый рынок, поставляя газ по квотам и по картельной, высокодоходной для себя цене?

3. Позволят ли регулятор и заинтересованные инстанции в Молдове поставщикам на свободном рынке предлагать газ дешевле этих двух конкурентов — или им не дадут свободно закупать газ на мировых рынках и хабах? А если и дадут, не станет ли тариф на транспортировку по ЕС и особенно по Румынии заведомо непроходным?

Итог прост: Молдове предлагают не энергонезависимость, а более дорогую форму зависимости. Под разговоры о диверсификации страна лишается доступа к дешёвому газу, а рынок — реальной конкуренции.

В выигрыше остаются те, кто контролирует маршруты и тарифы.

В проигрыше — потребитель, для которого газ становится не товаром, а инструментом принуждения».