Экономика

У молдавской экономики есть структурная проблема, которая недостаточно обсуждается, но которая из года в год становится все более значимым экономическим ограничением: бюджетный дефицит.

Например, на 2026 год он установлен на рекордном уровне в 20,9 миллиарда лей (около 5,5 процента ВВП). Для сравнения: в прошлом году дефицит национального публичного бюджета составил 14,26 миллиарда лей, что эквивалентно примерно 4 процентам от ВВП.

Аналитики независимого центра Expert-grupобъяснили, почему большой и устойчивый бюджетный дефицит (4-5 процентов ВВП и больше) является проблемой для инвестиционного климата и устойчивого экономического роста. И попытались дать рекомендации, как его можно стабилизировать, чтобы ввести в контролируемые пределы (максимум 2-3 процента ВВП).

Бюджетный дефицит вдвое превышает оптимальный уровень, и его давление на экономику огромно

В последние годы бюджетный дефицит достигал 4-5 процентов ВВП, что свидетельствует о серьезных и устойчивых дисбалансах в системе государственных финансов.

Это отражает влияние многочисленных неблагоприятных внешних шоков последних лет (пандемия, энергетический и инфляционный кризисы). Проблема в том, что бюджетный дефицит носит преимущественно структурный характер, то есть он вызван не экономическими циклами, а определенными системными недостатками, которые подпитывают бюджетные дисбалансы, утверждают эксперты.

Проблема в том, что устойчивый структурный дефицит бюджета в контексте Молдовы скорее является сдерживающим фактором, чем стимулом экономического роста.

Сохранение высокого дефицита бюджета заставляет правительство все больше и больше заимствовать у коммерческих банков. В настоящее время около 40 процентов государственного долга составляет внутренний долг. Эти деньги предоставляют банки по относительно высоким процентным ставкам (9-10 процентов годовых).

То есть банки отдают правительству деньги, которые могли бы быть переданы частному сектору и послужить развитию экономики, а не латанию бюджетных дыр.

Таким образом, экономический потенциал страны снижается, поскольку финансирование структурного дефицита бюджета подразумевает гораздо меньший мультипликативный эффект для экономического роста по сравнению с кредитованием инвестиционной деятельности в частном секторе.

И хотя дефицит бюджета может казаться стимулирующим фактором экономического роста, в действительности он увеличивает стоимость обслуживания внутреннего долга и подрывает финансовое посредничество, что оказывает явное негативное влияние на экономический рост.

Таким образом, Молдова остается страной с одной из самых низких долей банковского кредита в ВВП в регионе (всего 29 процентов в 2025 году).

Проблема для денежно-кредитной политики

Высокий бюджетный дефицит также является проблемой для денежно-кредитной политики. Во-первых, он подразумевает дополнительный источник инфляционного риска, особенно в контексте устойчивого структурного дефицита, как, например, в Молдове.

То есть, помимо других инфляционных факторов, денежно-кредитная политика должна учитывать инфляционные риски, подпитываемые бюджетным дефицитом, который оказывает дополнительное давление на денежно-кредитные органы и подрывает её эффективность.

Во-вторых, высокий бюджетный дефицит, который приводит к повышению доходности государственных ценных бумаг, подрывает склонность банков к риску: если кредитование государства, сопряженное с минимальными рисками, по процентным ставкам 9-10 процентов выгодно, почему банки должны быть заинтересованы в кредитовании реального сектора по сопоставимым процентным ставкам?

Таким образом, в то время как реальный сектор жалуется на ограниченный доступ к банковским кредитам, НБМ вынужден постоянно стерилизовать избыточную ликвидность в системе. Подобный парадокс свидетельствует о структурной проблеме, усугубляемой постоянным структурным дефицитом бюджета. Ирония заключается в том, что правительство за счет государственного бюджета также пытается реализовать государственные программы по облегчению доступа реального сектора к банковским кредитам, но делает это достаточно бестолково и с элементами коррупции.

Почему у Молдовы постоянно дефицит бюджета?

Причиной структурного дефицита бюджета является скорее ограниченное фискальное пространство, а не чрезмерные государственные расходы, объясняют экономисты.

То есть молдавское государство собирает мало налогов. Ну и, соответственно, выплачивает копеечные зарплаты врачам и учителям и пенсии пожилым людям.

По сравнению с другими странами региона государственные расходы относительно низки. За последние 15 лет страна в среднем потратила 35,6 процента ВВП через госсектор по сравнению со средним показателем в 39,4 процента для стран-аналогов в регионе.

Так, Молдова тратит меньше, чем страны с крупными государственными секторами - Венгрия (49 процентов), Хорватия (46,9), Польша (43,7); меньше, чем страны Балтии, - Эстония (40,6), Латвия (39,5), даже Литва (36,6); и меньше, чем ее соседи из ЕС - Румыния (37,7) и Болгария (38,4 процента).

Единственными странами в выборке с более низким показателем являются Албания (29,7 процента) и Северная Македония (31,8 процента), обе из которых исторически характеризуются более ограниченной ролью государства в экономике.

Более того, международные сравнения показывают, что Молдове необходимо увеличить государственные расходы на капитальные инвестиции, которые обладают наибольшим мультипликативным эффектом по сравнению с другими видами государственных расходов.

Тратить бюджетные деньги нужно грамотно

Для экономики РМ, где потенциальный рост в значительной степени зависит от объема физического капитала и производительности, актуальным вопросом является не то, тратит ли государство много, а то, тратит ли оно продуктивно.

В среднем Молдова выделяла 3,4 процента ВВП на государственные инвестиции в 2010–2020 годах и еще меньше - 3,3 процента ВВП в 2020–2024-м, что является одним из самых низких показателей в регионе.

Несмотря на то, что люди, пришедшие к власти в 2020 году, утверждают на каждом углу, что «правительство реализует государственную стратегию, направленную на масштабную модернизацию национальной инфраструктуры и европейскую экономическую трансформацию РМ» и что «основные финансовые вливания направлены на развитие транспортной сети, энергетическую безопасность и социальные объекты» (премьер Александру Мунтяну), цифры говорят обратное.

Где же выход?

Фискальная корректировка, необходимая для выведения дефицита на устойчивый уровень (2–3 процента ВВП в среднесрочной перспективе), должна быть преимущественно направлена ​​на увеличение доходов, утверждают экономисты.

Хотя государственные расходы в Молдове ниже регионального среднего показателя, объем налоговых поступлений в процентах от ВВП еще ниже в относительном выражении.

В среднем за 2020–2025 годы доля государственных доходов в ВВП составляла всего 33,2 процента по сравнению с 35,2 в Болгарии, 36,4 в Литве или 40,8 процента в Боснии и Герцеговине.

Нужны фискальная реформа

Молдове необходима комплексная фискальная реформа, направленная на расширение налоговой базы при сохранении возможностей увеличения государственных расходов, особенно на заработную плату и инвестиции.

Расширение налоговой базы должно происходить за счет исключения многочисленных налоговых льгот, особенно тех, которые вытекают из дифференцированной ставки НДС, а также за счет борьбы с неформальной экономикой.

Расширение налоговой базы, сокращение дефицита НДС (по оценкам МВФ, составляющего 25–30 процентов от потенциала сбора налогов), постепенная формализация неформальной экономики и модернизация Государственной налоговой службы представляют собой меры, способные обеспечить от 2 до 4 процентных пунктов ВВП дополнительных доходов в течение четырех-пяти лет, согласно оценкам внешних партнеров, утверждают эксперты.

При этом важно подчеркнуть, что расширение налогооблагаемой базы не подразумевает повышения налогов, а, скорее, уменьшение фрагментации Налогового кодекса за счет ликвидации ряда налоговых льгот и исключений, которые порождают многочисленные неравенства и создают пространство для уклонения от уплаты налогов.

Самая большая проблема с этой точки зрения заключается в НДС. Хотя в Молдове действует стандартная ставка НДС в 20 процентов, эффективная ставка в два раза ниже – около 10 процентов.

Это означает, что ежегодно более 30 миллиардов лей не поступает в бюджет из-за множества дифференцированных ставок НДС (например, пониженная ставка применяется к хлебу, молоку, лекарствам, природному газу, сельхозпродукции в натуральном виде, сахару, биотопливу, HoReCa, средствам гигиены и т.д., а для недвижимости, автомобилей или большинства услуг НДС вообще не применяется).

При этом НДС является важнейшим источником доходов государственного бюджета, и каждый процентный пункт, потерянный из-за распространения пониженных ставок, отраслевых льгот и специальных режимов, напрямую подрывает способность государства финансировать основные государственные услуги.

Олег ЛУКАШЕВИЧ