Политика

16 сентября 1923 года родился Ли Куан Ю - человек, методы государственного управления которого у одних вызывали восторг, а у других - жесткую критику, пишет ТГК «Сломавшееся будущее». 

За 31 год во главе правительства он помог превратить небольшой остров Сингапур в богатое, безопасное и эффективно управляемое государство. При этом его имя также стало синонимом жесткой дисциплины и эффективной борьбы с коррупцией.

Ли Куан Ю был убежден: если власть знает, куда вести страну, она не обязана спрашивать разрешения на каждом повороте. Поэтому у сингапурского чуда была и обратная сторона.  Ли Куан Ю называли «благожелательным диктатором», убежденным в том, что ограничение политических и гражданских прав помогает экономическому развитию. Писатель-фантаст Уильям Гибсон уместил оценку построенного Ли государства в одну фразу: «Диснейленд со смертной казнью».

Сам Ли Куан Ю говорил: "Я начинал с веры в то, что все люди равны. Теперь я знаю, что это самое маловероятное, что только может быть…" И одновременно: "Чтобы общество было успешным, оно должно сохранять баланс между поддержкой выдающихся людей и побуждением среднего большинства к совершенствованию".

Спор о Ли Куан Ю для Молдовы особенно неприятен.  Нынешняя власть тоже все чаще исходит из принципа: «Мы лучше знаем, что необходимо стране». Любое ограничение объясняется благими целями - защита демократии, европейский курс, борьба с дезинформацией или иностранным вмешательством.

Демократическое государство, которое начинает защищаться от собственных граждан, перестает быть демократией. Даже реальная угроза - не повод давить на СМИ, отстранять политических конкурентов накануне выборов, объявлять любое неудобное мнение помощью врагу.

Власть, которая требует от общества исключительного доверия, обязана показать исключительный результат. Ли Куан Ю его показал. Сингапур становился богаче, государственные институты работали, а нетерпимость к коррупции начиналась с госаппарата.

Молдавская власть успешного результата предъявить не может: экономика едва растет, коррупция не исчезла, а научилась говорить на языке реформ и европейских ценностей. Нам предлагают худшую половину сингапурской модели: жесткость без компетентности, патернализм без ответственности, ограничения без развития.

Ли Куан Ю мог сказать: «Судите меня по стране, которую я построил». По чему может судить себя нынешняя молдавская власть - по количеству граждан, собравших чемоданы?

Благожелательность власти измеряется не ее намерениями и не геополитически правильными лозунгами, позитивными результатами и готовностью терпеть тех, кто с ней не согласен.

В противном случае это авторитарное искушение неэффективной власти - и ничего более».