История

На волне евроинтеграции в Молдове и на Украине распространились суждения о том, что румынский режим 1941-1944 годов не нес ничего плохого нееврейскому населению. Однако данные о румынском аналоге плана «Ост» говорят о том, что Бухарест рассматривал славян из «восточных провинций» как помеху в создании этнически однородной «великой Румынии». Массовые депортации нерумынского населения намечались после окончания войны, пишет историк Игорь Иваненко на портале Украина.ру.

«Я убежден, что наша страна не может выжить иначе, как только шагая рядом с Гитлером и Муссолини, совершенными хозяевами Европы, - говорил Ион  Антонеску еще до получения диктаторской власти. - С их помощью я надеюсь освободить Бессарабию и Северную Буковины, и даже, если Бог даст, и Северную Трансильванию».

4 сентября 1940 года Антонеску стал премьер-министром, на следующий день потребовал для себя диктаторских полномочий для сохранения монархии, а 6 сентября вынудил короля Кароля отречься от престола.

Правительство взяло курс на «очищение» румынской нации. Диктатор высказывался весьма откровенно: «Я могу вернуть Бессарабию и Трансильванию, но если не очищу румынский народ, то ничего не сделано, потому что сила народа не в границах, а в его расовой чистоте и однородности. Вот этого я добиваюсь в первую очередь».

Первым шагом экономической румынизации должна была стать выдача кредитов только румынам. Затем нерумын планировалось вытеснить из числа рабочих фабрик, из оптовой торговли, а потом и розничной. Евреев предполагали перемещать в гетто, цыган - в резервации в дельте Дуная, венгров – депортировать.  В 1941 году политика румынизации распространилась на Бессарабию и губернаторство Транснистрию.

Нападения Германии на СССР Антонеску, как и подавляющее большинство румынских элит, ждал с воодушевлением. В феврале 1941 года в королевстве началась всеобщая мобилизация. «Румыния никогда не простит Антонеску, если он отдаст приказ армии «вольно», в то время как немецкие войска наступают на русских»… Эти высокопарные слова были произнесены бухарестским диктатором на мюнхенской встрече с Гитлером, за десять дней до начала войны с СССР. Тогда же Антонеску стал строить планы обустройства «восточных провинций».

Экспансия на восток рассматривалась не только как «восстановление исторической справедливости» для Румынии. Ближайший соратник диктатора, его родственник Михай Антонеску в официальных документах высказывался о том, что война против СССР является расовой, направленной против «славянской массы с ее деградирующей социальной аморфностью».

Эти ксенофобские планы прикрывались идеями европейской интеграции. «Не только с румынской точки зрения… но и с высшей точки зрения цивилизации, объединения европейской цивилизации, мы должны пойти на применение суровых методов против славян, - говорил вице-премьер Михай Антонеску на заседании совета министров. - Они должны будут войти в нашу сферу влияния, и на новообретенных территориях мы должны будем организовать борьбу и средства обеспечения этой борьбы против славян».

В начале июля 1941 года высшие чиновники королевства стали озвучивать концепцию создания в «образцовых провинций». Большой вклад в разработку плана внес германский советник, специалист по вопросам «перемещения населения и колонизации» Карл Пфлаумер, член НСДАП с 20-х годов и сотрудник СС. По его плану в Бессарабии, на Буковине и в Транснистрии была введена сверхцентрализованная колониальная система управления.

Губернаторы назначались лично кондукэтором и подчинялись только ему. «Рвите все, что приходит к вам от [бухарестских] властей, и в разорванном виде пересылайте эти бумаги обратно», - наставлял диктатор подчиненных в Кишиневе, Черновцах, Тирасполе, Одессе.

Для взаимодействия с захваченными регионами в Бухаресте создавался особый военно-гражданский кабинет. Прямое воздействие министерств на дела за Прутом и Днестром воспрещалось. Применение любого закона могло быть приостановлено губернатором по согласованию с диктатором.

Ставилась задача превращения провинций в «абсолютно однородное румынское целое» - удаление всех национальных меньшинств. На заседании правительства 5 сентября Ион Антонеску сказал прямо: «Я проделаю работу по тотальному очищению и от евреев, и от всех, кто пробрался к нам. Я имею в виду украинцев, греков, гагаузов, евреев, которых мало-помалу надо всех эвакуировать».

Рассматривалось два источника замещения населения.

25 июня 1941 года Михай Антонеску дал поручение разработать планы колонизации Бессарабии и Буковины беженцами из Южной Добруджи (переданной Болгарии в сентябре 1940 года) и Северной Трансильвании. Однако уже в начале осени Ион Антонеску приостановил эти действия,  предусматривая награждение землей «восточных провинций» солдат, воюющих против СССР. В дальнейшем процесс переселения этнических румын с юга Добруджи все же начался и проходил до 1943 года  во многом стихийно. Также Бессарабию покинули 93,5 тысячи немцев, Северную Буковину - 42 тысячи еще в рамках советско-германского соглашения.

Вопрос об удалении евреев обсуждался в ходе встречи Гитлера и Антонеску в Мюнхене. Право на внесудебные расправы с ними давал приказ генштаба королевских войск от 30 июня 1940 года, в котором указывалось на то, что еврейское население принимает участие во враждебных действиях. Ключевую роль в репрессиях против евреев на румынском участке фронта выполняли айнзацгруппа D войск СС и румынская жандармерия.

Как правило, алгоритм действий выглядел так. В первые три дня после установления румынской власти еврейские кварталы подвергались ограблению и выявлению «подозрительных», которые подлежали расстрелу. Если сторонников Советской власти выявить не удавалось, расправлялись с лидерами еврейской общины. Так, в Хотине были казнены раввины. Оставшихся евреев помещали в тюрьму или гетто.

Одним из самых массовых убийств стал расстрел 29 августа солдатами 2-й роты 10-го дивизионного пулеметного батальона, следовавшими на фронт, 350 человек на станции Гидигич. В том же месяце в Килие расстреляли 450 евреев.

Антонеску стремился как можно скорее выполнить договор с Гитлером. В июле 1941 года, когда только начинались бои под Одессой, жандармерия приступила к конвоированию колонн евреев за Днестр. На конец августа на левом берегу скопилось 27 тысяч евреев.  

Германское командование было недовольно нахождением в тылу своих войск этих людей и стало требовать их обратной высылки в Бессарабию и Буковину. Румынские власти принять их отказывалось. Немцы стали буквально выпихивать несчастных. Какие-то колонны переправлялись через Днестр под покровом ночи, какие-то группы расстреливали. Число убитых – 8-10 тысяч.

После войны должен был начаться процесс высылки других меньшинств. Центральный институт статистики в августе 1941 года детально обследовал Бессарабию и Буковину, уделяя особое внимание меньшинствам и их собственности. Весной и осенью 1942 года перед МВД ставилась задача разработать план эвакуации нерумын с юга Бессарабии и реколонизации региона «румынскими элементами». План предусматривал переселение «наиболее надежных этнических румын» - отмеченных наградами ветеранов.

В конце 1941 года после консультаций в Берлине маршал сообщил министрам: «Румынское государство ничем не ограничено в том, что оно желает проводить с инородными элементами на своей территории». Также кондукэтор заявлял, что депортация украинцев - вопрос благоприятной политической возможности. Но ситуация на фронте с конца 1942 года стала стремительно ухудшаться - возможность не наступила.

Но даже в условиях наступления советских войск на запад румыны не прекращали генерировать идеи «этнической гомогенизации восточных провинций». В сентябре 1943 года был утвержден план «эвакуации» украинцев и русских из Бессарабии, Буковины и дельты Дуная в Транснистрию. Намечалась выдворение 930 тысяч человек и «репатриация» 450 тысяч румын с Украины и Северного Кавказа, а также переселение 647 тысяч ветеранов войны. Планировали немедленное выселение славян из Бессарабии без имущества и жилья.

Однако уже в октябре 1943 года Красная Армия начала наступление, румынские и немецкие войска оказались запертыми в Крыму. Заботы по эвакуации своих военных затмили прожекты переустройства «восточных провинций».

Советские войска уже форсировали Днепр, когда совет министров Румынии под председательством Иона  Антонеску рассмотрел проект принятия на территории королевства румынских беженцев с востока. Диктатор отверг план, аргументируя это тем, что восточные румыны «испорчены» советским влиянием. Антонеску позволил переселить через Днестр около 15 тысяч молдаван из Транснистрии - но это не было реализовано в силу стремительного наступления советских войск.