Экономика

Честно говоря, мы думаем, что власть лжёт. И лжёт сильно.

Во-первых, исчезнет сельская примэрия. За справками, документами и услугами людям придётся ездить в другой населённый пункт.

Два. Село потеряет голос. Маленькие сёла рискуют жить по решениям более крупного центра.

Три. Деньги уйдут в центр. Дороги, освещение и инвестиции могут в первую очередь получать там, где останется примэрия.

Четыре. Сокращение рабочих мест. После ликвидации примэрий часть сотрудников останется без работы.

Пять. Скрытые расходы. Реорганизация потребует затрат на здания, транспорт, IT-системы и переходный период. Откуда деньги?

Шесть. Исчезает местная идентичность. Традиции и интересы конкретного села могут отойти на второй план.

Семь. Депопуляция усилится. Ведь если исчезнет мэрия, исчезнет и школа, медпункт, библиотека, дом культуры.

Восемь. Власти обещали 6,5 миллиарда леев селам, которые пошли на добровольное объединение. Но в бюджете на 2026 год заложено всего 170 миллионов. Экс-премьер Филат подтвердил: других средств в Госканцелярии нет. Остальное – лишь обещания на 2027–2028 годы». Оно и понятно: власть потому и идёт на объединении сел, чтобы сэкономить деньги на выплаты конских зарплат кузинам и 26 000 желтых чиновников.

Тем временем в сёлах – давление. Объединение не добровольное!

Примар Негурень Ион Попа заявил: полиция ходит по домам советников, проголосовавших против объединения. Проверки начались после жалобы депутата PAS Вероники Купче. А тех, кто не объединится, утверждает Попа, пугают принудительным присоединением и лишением финансирования.

Что тут скажешь?

Вопрос не в том, как объединить примэрии.

Вопрос в том, кто гарантирует, что после объединения ваше село не останется без власти, денег,  права голоса и без людей?

Проще говоря, обещали Европу, а дали...амалгамарю.

Смотри, не перепутай.

Источник: ТГК Тirdea