Экономика

Александр Саинсус, активист экологического проекта Arboretum.live(Follow-the-Root) рассказал в соцсети о том, как в селе Кетросу района Анений Ной отправили на дрова ценные породы деревьев, высаженные для изучения медоносности пчел.

«9 мая я побывал на бывшей учебной ферме в Кетросу. Это единственное место в Молдове, где на сельскохозяйственных землях сохранилась целостная система лесополос и лесных массивов, интегрированных в рельеф. И речь не о нескольких грецких орехах, растущих у дороги, а о полосах в несколько рядов, с видами, имеющими огромное значение для пчел: различными формами ранне- и позднецветущей акации, софорой японской, дубами, ивой, грабом и другими ценными медоносными и опылительными растениями. 

На полях и лугах высаживали однолетние и многолетние медоносные растения, изучали их продуктивность. Даже сейчас на этих землях сеют пшеницу, рожь и кукурузу, лесополосы все еще сохранились. Это медоносный конвейер, созданный человеком, способный поддерживать пчел на протяжении всего сезона благодаря последовательному цветению различных видов. 

Все это сохранилась только потому, что осталось единым государственным массивом. Но вот что я увидел: массовая вырубка уникальных деревьев просто на дрова. Не один-два экземпляра. Сотен, тысяч деревьев, представлявших особую ценность как отобранный генетический материал. 

Я задокументировал лишь несколько мест, и, поскольку после увиденного не мог уснуть, отправил данные ночью в экологическую инспекцию района, канцелярию министерства окружающей среды, агентство по управлению государственным имуществом (отвечает за землепользование) и министру Георге Хашдеру. 

Ясно, что вырубка таких масштабов не может произойти случайно. Это не дело рук человека с бензопилой. Тут недели работы. Как такое могло произойти на уникальной территории, принадлежащей государству? 

И вот я получил ответ из министерства: информация неполна и не может быть принята к рассмотрению: нужны бланк организации, название, подпись ответственного лица и т.д.. Я прямо спросил: если я не оформлю направлю жалобу в соответствии с требованиями - будет ли она проигнорирована? Что важнее - факт крупномасштабной экологической кражи или форма, в которой гражданин передал эту информацию? 

Я редко поднимаю панику по поводу вырубки деревьев, особенно в соцсетях. Потому что это причиняет мне боль, и я не хочу усугублять страдания окружающих. Но в этом случае речь идет о разрушении, возможно, единственной в стране целостной системы лесополос, имеющей огромную ценность для сельского хозяйства, пчеловодства, биоразнообразия, науки, просто как пример для будущих поколений исследователей, лесничих, селекционеров, пчеловодов… Самое болезненное в этой истории - ощущение, что порой наше общество выглядит как варвары, разрушающие древний храм, чтобы добыть по кусочку мрамора. 

Мы говорим об уникальной экосистеме, ценность которой ежегодно возрастает. Чем более зрелыми становятся эти лесополосы, тем больше видовое разнообразие, тем больше нектара производят деревья. И мы берем эту живую и сложную систему, эту тщательно отобранную генетику, и вырубаем ее бензопилами на древесину… Общество спокойно наблюдает за тем, как разрушается нечто, созданное десятилетиями, без ответственности и уважения к наследию. Именно такие вещи заставляют людей больше терять доверие и покидать страну. 

Спустя четыре дня я увидел пост Георге Хашдера и написал в комментарии о том, что уже несколько дней экологическая инспекция Анении Ной игнорирует оперативную информацию. Министр почти сразу ответил, что министерство работает над этим вопросом. Буквально через час по ссылке на мой фотоальбом начали появляться комментарии.  Система внезапно заработала – но только после того, как министр лично среагировал. 

Случай с Кетросу - пример гораздо более широкой проблемы: система часто реагирует не тогда, когда нужно предотвратить ущерб, а тогда, когда проблема становится достоянием общественности. Это означает, что нужно менять не только людей. Необходимо переосмыслить и изменить системные настройки, критерии эффективности, мотивацию, методы работы и ответственность. Госучреждения должны интересоваться не формальным соблюдением процедур, а реальным результатом тех ключевых показателей эффективности, для которых они существуют… 

Вчера мне звонили из агентства публичной собственности. Мое обращение они зарегистрировали без формальных требований... Именно это АПС – собственник данной земли.

Меня спросили, действительно ли речь идет о сотнях и даже тысячах деревьев? Я объяснил, что сотни - это только те, что я видел своими глазами. Значительная часть спилены под корень – так делают браконьеры, чтобы потом завалить пни ветками и замести следы. Если провести инвентаризацию территории, то, боюсь, речь может идти уже о тысячах спиленных деревьев.

В АПС не поступал запрос на какие-либо действия. Без их разрешения рубки там невозможны».