Закон

Законодательный орган, как известно, принял новый регламент работы - Кодекс об организации и функционировании парламента, где в статье 15  утверждается румынский язык в качестве рабочего, официального языка. Отныне нормативные акты составляются и принимаются на румынском языке с переводом на другие языки, если таковые имеются.

Таким образом, в молдавском парламенте официально ограничили использование русского языка. Ранее все документы составлялись и оформлялись на двух языках, принимались с обсуждением депутатами также на двух языках,  далее промульгировались и публиковались тоже на двух языках. Такая процедура законотворчества была обязательной, и любое нарушение установленного порядка могло привезти к объявлению нормативного акта неконституционным.

Но в свете новых правил ситуация коренным образом меняется.

Теперь депутатам фактически запрещено выступать и выдвигать проекты нормативных актов на русском. Всему населению созданы искусственные языковые преграды для изучения молдавских законов, их однозначного массового понимания и, соответственно, их неукоснительного гражданского осознанного исполнения.

Отметим, что для огромной массы граждан, а это не менее 40 процентов жителей Молдовы (более чем миллиона граждан страны, говорящих на русском) это стало не просто политическим решением, но и еще одним тревожным сигналом отношения власти к русскоязычным гражданам.

Для населения ряда регионов, в частности, Гагаузии, языковой вопрос носит принципиальный характер, поскольку в соответствии с Законом об особом правовом статусе АТО Гагаузия (Гагауз Ери) и Уложением Гагаузии русский язык наравне с гагаузским и молдавским является в автономии одним из трех официальных.

Все это происходит в контексте системных и четко ориентированных антирусских деяний власти с 2021 года.

21 января 2021 года, признавая конституционный статус русского языка, Конституционный суд, тем не менее, признал Закон о функционировании языков на территории Республики Молдова неконституционным. Судей КС не остановило то, что у русского языка особое положение, что прямо отмечено в Конституции, что предусмотрено Законом о функционировании языков на территории Молдавской ССР, где русский наделялся статусом языка межнационального общения. 

Начиная с 2022 года совет по телевидению и радио приостановил работу огромного количества информационных ресурсов, в первую очередь телеканалов, и в основном на русском языке (в том числе развлекательных каналов, которые якобы вели пропаганду «путем молчания»).

Согласно Стратегии национальной безопасности Республики Молдова (в особенности п.18),  утвержденной постановлением парламента РМ № HP391/2023 от 15.12.2023, «Российская Федерация осуществляет энергетический шантаж Молдовы и другие целенаправленные действия по ослаблению Республики Молдова». Также в стратегии отмечается, что «с помощью военной силы   Российская Федерация намеревается создать сухопутный коридор в Республику Молдова и конечно, не откажется от иных враждебных действий против нее».

Более того, оказывается «РФ и ее сторонники в РМ представляют собой наиболее опасный и постоянный источник угроз, и если им не противостоять, способны привести к серьезным последствиям для государственности, демократии и процветания страны». Таким образом, данный документ объявляет врагом нейтральной Молдовы как Россию, так и всех ее сторонников в стране молдавской. А значит, русский язык - язык врага!

3 декабря 2025 года Молдова денонсировала соглашение о сотрудничестве с Россией в сфере культуры, на основе которого в республике работал Русский дом.

Разрывая стратегическое партнерство РМ с РФ и денонсируя огромное количество двусторонних и многосторонних соглашений практически во всех сферах деятельности, в том числе выходя из Союза Независимых Государств, Молдова поставила на поток разрыв экономических, финансовых, транспортных и др. естественных связей с Россией.

В свете нового решения парламента речь идет и об отказе от внутреннего и внешнего двуязычного документооборота. Это касается законодательных инициатив, перевода на русский язык законов и других документов, коснется наверняка и прав граждан обращаться на русском в органы власти и получать ответ на русском же языке.

Как видим, изменение правового статуса русского языка в парламенте может повлиять и несомненно повлияет на все сферы деятельности органов государственной власти. А учитывая массовое закрытие учебных заведений с русским языком обучения (началось еще в 2012 году), можно прогнозировать, что носители русского языка не смогут в прежнем объеме получать на нем образование, свободно использовать в сфере услуг и при личном общении с чиновниками госорганов. Предположительно будет отменено и обязательное условие публикации двуязычной версии нормативных актов, и обязательное распространение в двуязычной форме официальной информации или информации национальной важности, видоизменены вывески учреждений или наименования общественных мест.

На наш взгляд, этот давно запущенный в государстве антирусский тренд, набирающий обороты, и разделяющий людей по языковому принципу, является как дискриминационным, так и неконституционным, поскольку прямо нарушает ряд статей Конституции, а именно ст. 1 часть (3), ст.2 часть первая, ст.4 и 7, ст.11 и 13 ст.15 и 16, ст.32 и 34, ст.52 и 53, ст.54 и 60, ст.68 и 69, а также ст.71 и 1401 Конституции РМ.

И возможно, самое главное. Официально ограничив использование русского языка в документообороте и в рабе законодательного органа, парламент ограничил не только работу депутатов, но и суверенитет народа, который делегировал депутатом представительские функции, в том числе суверанистского характера.

Согласно ст. 68 часть (1) Конституции при исполнении своих полномочий депутаты находятся на службе народа, и любой императивный мандат недействителен.

Это означает, что депутат не может быть юридически обязан голосовать или действовать определенным образом ни партией, ни фракцией, ни всем составом парламента - никем. Он осуществляет и должен осуществлять свои полномочия свободно, в соответствии с Конституцией, действующим законодательством, своей совестью и общественными интересами.

Об этом говорит и решение Конституционного суда № 8/2012. Оно по существу предусматривает, что парламентский мандат выражает отношения парламентария со всем народом, на службе которого он находится. А значит и со всеми учреждениями и организациями, публичного и частного права, так как фраза «служить народу» в статье 68 часть (1) Конституции означает, что с момента выборов до конца срока полномочий каждый депутат становится представителем народа в целом и его миссия состоит в служении общим интересам, интересам народа. При исполнении своих обязанностей, парламентарий подчиняется только Конституции, законам и должен придерживаться взглядов, которые, по его совести, служат общественному благу.

Исходя из приведенных выше норм, можно заключить, что императивный мандат запрещен. Это означает, что депутата нельзя обязать юридически выполнять чьи-либо указания, диктовать ему, как и что говорить.

А если взять за основу то, что депутат обязан говорить только на одном языке, мандат становится де-факто императивным.

Ранее аналогичная норма содержалась в Регламенте Парламента, отмененном Законом № 96/2010, который в ст.4 часть (4) предусматривал, что «(4) в целях реализации предвыборных программ избирательных конкурентов, а также поддержания политической конфигурации Парламента, формирование новых фракций не допускается…».

И в этом случае отметив важность решения Конституционного суда, который был призван проверить конституционность соответствующей нормы, потому что авторы обращения считали, что «лишая депутатов права формировать новые парламентские фракции в течение парламентского мандата, фактически оказывается политическое давление на совесть депутатов, что противоречит доктрине представительной демократии (ст. 60) и положениям ст. 68 Конституции, согласно которым «при осуществлении мандата депутаты находятся на службе народа», и «любой императивный мандат является недействительным».

Впоследствии решением № 1/1998 Конституционный суд установил, что «как Конституция РМ, так и международная практика подтверждают, что способ формирования и функционирования парламентских фракций - как структуры Парламента - устанавливается по свободному выбору Парламента».

Конституционный суд отметил, что «право депутата выбирать парламентскую фракцию является факультативным, а не обязательным, и, следовательно, не может быть и речи о нарушении прав депутата при исполнении своих полномочий».

В этом контексте считаем необходимым рассмотреть конфликтную норму ст.15 Кодекса об организации и функционировании парламента в свете прецедентного права, в частности, аналогичного решения КС № 27/2015 относительно тайного голосования, в котором суд постановил, что «в смысле статьи 68 Конституции, в сочетании со статьями 2, 34, 39 и 65 Конституции, в целях обеспечения конституционного принципа прозрачности и подотчетности, голосование каждого депутата является открытым, за исключением случаев, прямо и исчерпывающе предусмотренных Конституцией, и исключительных ситуаций, связанных с защитой граждан или национальной безопасности».

А значит, так как Конституция не налагает какие-либо ограничения или обязательные языковые процедуры, депутат вправе свободно использовать тот язык, который знает его избиратель, и на котором он будет более понятен гражданам.

Потому что иначе, без открытого, ясного, понятного и отслеживаемого выступления парламентария гражданин не сможет следить за деятельностью депутата, представляющего его интересы, и, следовательно, не сможет правильно оценить способ и эффективность своего представительства в парламенте.

Более того, учитывая, что в решении КС от 21 января 2021 года отмечен особый статус русского языка, считаем необходимым закрепить данный статус русского языка на законодательном уровне, как в специальном законе, так и в других нормативно-правовых актах, которые обеспечивали бы гарантии и права граждан на свободное общение на любом языке нацменьшинств, и в первую очередь на русском языке.

Отметим, что в законодательстве РМ четкие положения о молдавском и русском языках содержит Закон № LP546/2003 от 19.12.2003 об утверждении Концепции национальной политики Республики Молдова. В нем утверждается: «Молдавский язык, имея статус государственного языка, используется во всех сферах политической, экономической, социальной и культурной жизни. Обучение молдавскому языку является одним из национальных приоритетов Республики Молдова. Русский язык, который в соответствии с действующим законодательством имеет статус языка межнационального общения, применяется также в различных областях жизнедеятельности государства и общества. Для Молдовы характерно молдавско-русское двуязычие. В нынешних условиях необходимо создать реальные возможности для того, чтобы русско-молдавское двуязычие стало реальностью. На территории автономного территориального образования Гагаузия статус официальных языков закреплен за гагаузским, молдавским и русским языками. В восточных районах Республики Молдова функционируют молдавский, украинский и русский языки. Свободное развитие культур различных этнических и языковых сообществ в РМ является реальностью, успешно способствующей становлению и развитию общего духовного пространства и общего культурного наследия Молдовы. Важнейшим приоритетом государства является сохранение этого общего наследия. Этническое, культурное и языковое многообразие, взаимная терпимость и межэтнический мир являются главным достоянием Молдовы».

В Концепции также говорится: «Национальная политика должна быть направлена на: - обеспечение гражданского согласия; - развитие всех этнических и языковых сообществ; - развитие традиционно корректных межэтнических отношений; - преодоление последствий гражданского конфликта конца 80-х - начала 90-х годов ХХ века, деформировавшего межэтнические отношения в Молдове; - нейтрализацию в соответствии с законодательством о правах человека и требованиями Конституции непрекращающихся попыток демолдовенизации, отрицания существования молдавской нации и молдавской государственности, дискредитации молдавской истории, игнорирования этнонима «молдаване» и глоттонима «молдавский язык»; - скорейшее разрешение проблемы территориальной целостности страны; - безотлагательное создание необходимых условий для овладения молдавским языком лицами, не владеющими им». Особо подчеркивается «недопустимость сужения сферы использования русского языка в различных областях жизнедеятельности молдавского государства и общества».

Необходимо признать, что Молдова всегда была, есть и будет многонациональна, что в роду у каждого из нас и молдаване, и украинцы, и русские, и поляки, и евреи, и болгары, и турки, и армяне... И не зря в преамбуле Конституции написано четко:

«- Стремясь к удовлетворению интересов граждан иного этнического происхождения, составляющих вместе с молдаванами народ Республики Молдова;

- признавая правовое государство, гражданский мир, демократию, достоинство человека, его права и свободы, свободное развитие человеческой личности, справедливость и политический плюрализм высшими ценностями;

- сознавая свою ответственность и долг перед прошлыми, нынешними и будущими поколениями;

- подтверждая нашу приверженность общечеловеческим ценностям, стремление жить в мире и согласии со всеми народами мира в соответствии c общепризнанными принципами и нормами международного права».

У русского языка в Молдове всегда был особый статус, сначала - церковный старославянский, потом наряду с этим свободный разговорный, истинный язык межнационального общения.

И сегодня я говорю по-русски, и ты говоришь по-русски, и они говорят по-русски. И непонятно, зачем кто-то усложняет жизнь гражданам, отрезает их от информационных ресурсов, создает искусственно трудности восприятия и понимания законодательства, погружая в мрак юридического невежества целые пласты населения. Это диктует  необходимость поиска законного решения.

Никто не вправе диктовать гражданам Молдовы свое видение будущего, потому что Конституция ясно гласит: по вопросам общенационального значения можно потребовать от народа изъявления его воли. Особенно в ситуации, когда сознательно некие враждебные народу силы вносят смуту в общество, когда принятые решения представительных органов власти являются экстремистскими и антинародными по духу, подталкивают общество к конфликтам и гражданскому противостоянию на языковой почве, создают априори дискриминационные нормы права, противоречащие как национальному законодательству, так и общеевропейскому.

Нам совсем не нравится, когда из Молдовы  делают антироссийский дрон-камикадзе, когда граждан страны, свободных иметь предпочтения и свое мнение, объявляют опасностью для государства, когда закрывают школы, когда заталкивают государство в долговую яму, когда создают условия массового отъезда из страны, ликвидации нашего молдавского государства.

Мы твердо придерживаемся того убеждения, что люди должны говорить на своем языке, родном, на языке матери, на том, которым пользуются все в регионе или в обществе, на котором хотят общаться. Поэтому, любое ограничение этого права, является на наш взгляд антинародным и неконституционным.

Учитывая:

- нормы европейского и национального законодательства о правах национальных меньшинств, языковое законодательство и практику Приднестровского региона и Гагаузской автономии,

- структуру населения Молдовы по признаку родного языка и структуру населения страны в территориальном плане,

- налагаемую статьей 13 ч. (2) Конституции обязанность по признанию и защите государством права на сохранение, развитие и функционирование языков, используемых на территории страны,

- тот факт, что и сегодня, как признает и КС в решении от 21 января 2021 года,  статья 13 Конституции признает и охраняет официальный характер государственного языка и право на сохранение, развитие и функционирование других языков, используемых на территории страны, - считаем единственно верным решением конституционное установление русского языка в статусе второго государственного языка в РМ.

Именно такой подход, обеспечит мир и согласие в нашей многонациональной Молдове, являясь той единственной формулой, на которой можно будет строить мирное здание молдавской государственности.

Особо имеем в виду, что положения статей 10 и 13 Конституции объясняются необходимостью гарантировать идентичность и единство многонационального народа РМ. И государственные языки в этом аспекте имеют конституционное значение, и могут рассматриваться исключительно как символ единства молдавского народа, будучи неотъемлемой частью конституционной идентичности РМ.

Установление и защита молдавского и русского языков направлены только на удовлетворение потребности большинства граждан государства и на обеспечение свободного общения между различными слоями населения, между различными регионами страны во всех сферах жизнедеятельности и на всей единой территории молдавского государства.

Возможность использовать как молдавский, так и русские языки на всей территории страны будет способствовать предотвращению дискриминации граждан при осуществлении ими своих прав в регионах, где проживает большинство представителей национальных меньшинств.

Только так возможно достичь социальную сплоченность и интеграцию национальных меньшинств в единый народ РМ, как гласит Конституция.

В этом же ключе действуют и положения ч. (1) статьи 10 Конституции, согласно которым основу государства составляет единство народа РМ - общей и неделимой родины всех ее граждан.

Русский язык для Молдавии был, есть и будет частью повседневной жизни граждан. Надеемся, что это поймут все, кто печется о будущем нашей страны. Государственный статус молдавского и русского языков - основа общенационального консенсуса, гражданской стабильности и мирного будущего в нашем многонациональном обществе.

Друзья, люди доброй воли, время говорить по-молдавски, и время говорить по-русски!

Я за русский государственный язык. А вы? 

Валерий КУЧУК