Общество

После почти двух дней путешествия Маккенна Кристенсен вошла в Кишинёвский международный аэропорт Молдовы, готовая навсегда изменить свою жизнь. Ее историю рассказал портал KSL.com. 

Примерно за шесть месяцев до этого Кристенсен, родившаяся в Молдове и удочеренная парой из Айдахо-Фоллс, узнала шокирующую информацию о своем удочерении. Ее вообще не должны были удочерять. 

«В то время в Молдове происходило много незаконных действий, связанных с детьми. Дети были важным источником дохода, -  рассказала Кристенсен. - Педиатры говорили родителям: извините, ваш ребенок умер, он был очень болен. И отказывались выдавать тело. Это было очень распространено в 90-е». 

Кристенсен узнала, что у ее матери во время беременности диагностировали рак: «Мама поступила в больницу примерно за месяц до моего рождения, и сотрудница социальной службы сказала ей, что она может оставить меня в родильном отделении, пока они разбираются с диагнозом. В тот момент меня фактически внесли в базу данных торговли детьми с пометкой: этот ребенок будет доступен для удочерения в феврале». 

Марчела Ибриан, ныне Маккенна Кристенсен, больше никогда не видела свою семью - она была продана больницей. И только через много лет она чудесным образом нашла сестру через группу в Facebook, посвященную воссоединению разлученных румынских семей. Кристенсен проехала 5750 миль, чтобы найти людей, которые искали ее более 30 лет. 

«Я стояла в аэропорту, ко мне подошли две мои сестры, - рассказывает Кристенсен. - Мы стояли и все рыдали. В зале ожидания меня ждали еще человек семь-восемь с воздушными шарами и букетами, и все они тоже плакали». 

Маккена Кристенсен рассказала, что в Молдове биологическая семья заботилась о ней так, будто знала ее всю жизнь. Вместе ходили на семейные ужины, готовились к свадьбе, танцевали с соседями, смотрели домашние видеозаписи ее биологических родителей, которые уже умерли. 

Семья живет на одной улице в одном селе, она очень сплоченная. Американке сразу начали дарить ей подарки, помогать ей с прической и платьем, к чему она не привыкла: «Я выбрала платье, приняла душ и вышла, а одна из сестер протянула мне совершенно другое платье, которое она мне купила. Одна сестра сушила мне волосы феном, другая надевала мне тапочки, третья пыталась накормить меня бутербродом. Это было так мило, они хотели дать мне  все самое лучшее». Кристенсен ошеломило ощущение чрезмерной заботы и внимания. 

Кристенсен использовала наушники с искусственным интеллектом – переводчиком с английского: «Я учила румынский перед поездкой, но они говорят на русском румынском, и у них есть еще цыганский язык. Между собой они говорят на цыганском, с друзьями - по-русски… Я позвонила мужу и разрыдалась, я сказала - сколько любви в этих людях, и я понятия не имею, как ответить взаимностью. Меня никогда не учили принимать столько любви». 

В родительский день Кристенсен побывала на могилах родителей на кладбище: «Все село собирает подарки, и ты идешь на кладбище с едой и всем этим, и кладешь на могилу любимого человека. Потом приходит священник и благословляет все могилы, как делал это, когда они уходили из жизни. Вы обмениваетесь подарками с людьми в память об ушедших из жизни. Люди дарили мне футболки, кружки, конфеты, платья в память о моей матери». 

Уезжать из Молдовы было тяжело, говорит Кристенсен: «Там я осознала, насколько другой могла бы быть моя жизнь, если бы меня не продали. Я чувствовала себя почти виноватой, потому что у меня была хорошая жизнь, а им приходилось много работать. Я своими глазами видела, насколько тяжелой была их жизнь – и я не знаю, что с этим делать». 

Кристенсен планирует вернуться в Молдову и познакомить мужа и детей со своей биологической семьей. Она хочет посвятить себя помощи усыновленным детям, ставшим жертвами торговли людьми, в воссоединении со своими семьями.